Перейти к основному содержанию
Включайся в группу ЗОВ в Facebook Включайся в группу ЗОВ В Контакте Включайся в группу ЗОВ в Одноклассниках Подпишись на видеоканал важных новостей ЗОВ на Youtube

Образчик нового мышления

В 2011 году Челябинск отмечает 275 годовщину своего основания. Подобную дату лишь условно можно считать юбилейной, но не ждать же ещё 25 лет, чтобы отметить вклад наиболее выдающихся граждан в его развитие. С этой целью администрацией был разработан культурно-просветительский проект «Челябинск. Имена в истории».

В основу положена идея непрерывной цепи времени, событий и людей. Создатели программы постарались представить основные вехи челябинской истории через имена людей, которые внесли неоценимый вклад в развитие Челябинска.

Урал - опорный край державы

Было выбрано 14 персонажей, чьи портреты  украсили праздничные афиши, появились на баннерах на улицах города. Фамилии Татищева, Тевкелева, Палласа, Неплюева и Михайловского напоминали о временах, давших особый статус, сформулированный в 4-х словах Твардовским, уральским территориям Российской империи. Фамилии Казимира Ловина, Николая Духова и Николая Патоличева побуждали вспоминать строки из той же поэмы Твардовского:

Когда на Запад эшелоны,

На край пылающей земли,

Тот груз, до срока зачехлённый

Стволов и гусениц везли,

Тогда бывало поголовно

Весь фронт огромный повторял

Со вздохом нежности сыновней

Два слова: Батюшка Урал.

АВН и Бароненко

 

Но среди фамилий основателей и строителей города была ещё одна, которая напомнила о давней истории. В июле 2003 года, пропагандируя идею суда народа среди земляков - южноуральцев, мы обратились к А.С.Бароненко, передав ему материалы, содержащие текст закона "О суде народа" с его постатейным комментарием. Анатолий Сергеевич, будучи членом КПРФ, депутатом Законодательного собрания Челябинской области (2000 - 2004), депутатом Верховного Совета РСФСР (1990 - 1993) не согласился с идеей коллективной ответственности депутатов. Но зато он оперативно, в течение 3-х недель организовал на ТВ Копейска получасовую дискуссию по теме "Ответственность власти перед народом" в передаче "Былое и думы", приняв в ней участие, в которой мы смогли изложить свои позиции, предложив телезрителям самостоятельно определить их обоснованность.

Именно тогда в 2002 - 2003 гг. депутат Бароненко обратил внимание общественности на недопустимость увековечивания фамилии, которая нынче заняла своё место среди имён выдающихся граждан Челябинска. Мной по этому поводу была написана статья "Образчик нового мышления", опубликованная в газете патриотов Южного Урала "Танкоград" (№8(120), апрель 2004 г.). Ниже приведён её текст с небольшими косметическими изменениями авторского стиля, а также добавлением гиперссылок и иллюстраций. 

Образчик   нового   мышления 

21 января 2002 года в Челябинске, на доме № 38 по улице Сони Кривой, в котором с 1964 по 1970 год жил актер, режиссер, сценарист, звукооператор Леонид Оболенский, открыли мемориальную мраморную доску, посвященную вековому юбилею последнего. Общественный резонанс вокруг этого события возник неоднозначный: от бурных восторгов творческой интеллигенции до трезвого вопроса, поставленного депутатом Законодательного собрания Челябинской области А.С. Бароненко «Правомерно ли подобное чествование человека, запятнавшего себя сотрудничеством с фашистами?»

Я не буду анализировать поведение покойного Оболенского, я полностью приведу отрывок из романа «Я стол накрыл на шестерых», автором которого является некий г-н Ваксман. Текст взят из журнала «Уральская новь» за 2002 год, № 14.

На примере этого текста станет понятным, что представляют собой в нравственном плане нынешние властители дум, а также, что они демонстрируют населению, не сдерживаемые пусть тупой, неэффективной, но иногда очень полезной цензурой. Позволю себе некоторые комментарии к тексту, выделяя их курсивом. Дальнейший текст принадлежит Ваксману.

***

Август. Депутатский запрос насчет Леонида Оболенского, и все последующие события, связанные с этим.

Ни с того, ни с сего депутат областного Собрания Анатолий Бароненко озаботился правомерностью проведения кинофестиваля памяти Оболенского. На том основании, что актер сотрудничал с фашистами.

«Царский офицер Карбышев, оказавшись в подобной же ситуации, предпочел смерть службе у врагов...» 

В свое время я, еще не видев фильма Спилберга «Список Шиндлера». недоумевал: отчего так яростны и агрессивны были нападки критиков и журналистов на эту картину? Понимание пришло не сразу. Виноват все-таки не Спилберг, гениально чувствующий конъюнктуру американского кино. Виновата наша психология. Нам по-прежнему легче воспринимать мир не в цвете, то есть во всей его сложности, а как сочетание черного и белого. «И людей будем долго делить на друзей и врагов...»

Тот, кто сражается со злом, как бы по умолчанию является носителем добра. Ну, это бывает только в сказках. Двадцатый век особенно четко показал, что возможна и борьба двух зол. Фашизма с коммунизмом, например. Что называется, оба хуже. (Выделено мной — Е.А.) 

Давно неактуальная, опротивевшая жвачка. Но не об этом речь.

Депутату Бароненко и его аргументам уделили чрезмерно большое внимание. Беспристрастный читатель мог бы заметить, как под «железной» логикой депутата сникали и увядали журналисты, берущие у него интервью. Вот  образчик   мышления  достойного слуги своего народа. По его мнению, все сколько-нибудь представляющие ценность артисты были эвакуированы. Оболенский же оказался в народном ополчении, значит... Да ничего это не значит! Все перевернуто с ног на голову. Как раз этот поступок был добровольным (вслушайтесь: актом доброй воли), а сдача в плен и даже пресловутое сотрудничество с фашистами — вынужденными. И тут мы приходим к важному моменту. Речь идет не о том, что В СТРАШНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ ЛУЧШЕ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ СОХРАНИТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ. (Выделено мной — Е.А.)

А вот это важно. Ваксман искренне поведал о важнейшем жизненном принципе себе подобных. Не честь сохранить. Что вы, право, какой пережиток старины. О чем вы, они слова такого не знают. Не положить жизнь за други своя (сам погибай, а товарища выручай,). Ха-ха, ты умри сегодня, чтобы я мог умереть завтра.

Раньше бы Ваксман постыдился написать, что он в любых страшных обстоятельствах должен беречь свою жизнь любой ценой, чтобы продолжать тратить невозобновимые энергоресурсы планеты. Он бы ничего не стал писать. А сейчас, пожалуйста, лучше любой ценой сохранять свою жизнь.

Речь о той прямолинейности, с которой народу вбивали в голову: «Сколько раз увидишь его, столько раз и убей!»

Интересно, а какую пропаганду среди войск и населения во время той войны вел бы г-н Ваксман? «Не стреляй, может быть перед тобой очень хороший человек?!»

Были, разумеется, потрясающие профессионалы среди военных — снайперы, летчики-асы, талантливые военачальники. Но не они делали погоду — это очевидно. Официальным героем становился отнюдь не изобретатель более совершенного оружия или хитроумный и успешный разведчик (их фамилии были как раз засекречены до поры). Постоянный герой советской пропаганды военного времени — смертник, человек, приносящий себя в жертву (Выделено мной. — Е.А.) и при этом захватывающий на тот свет несколько врагов, чем больше, тем лучше.Такие, как Николай Гастелло, Александр Матросов, идеально вписываются в эту схему. Нужно ли говорить, что в большинстве случаев жертва не была добровольной? (Выделено мной — Е.А.)

Почему бы Ваксману не потрудиться и не привести доказательства того, что жертвы не были добровольными?

С тем же Матросовым, говорят, все было не так просто. Есть свидетельства, что его поступку предшествовал приказ.

 

Так приведите эти свидетельства, г-н Ваксман! Кто Вам это сказал? Да, был приказ подавить огневую точку. И юноша Саша Матросов выполнил его ценой своей жизни. Или г-н Ваксман считает, что Матросову был отдан приказ грудью накрыть амбразуру? Как он себе это представляет: если боец сам не готов совершить подобный поступок, его никакими приказами не заставить это сделать. Никакими, слышите! Он просто пристрелил бы командира, заставляющего его пойти на верную смерть. Кто в бою разберется, отчего командир погиб.

И если все же подобный приказ был, и Матросов его выполнил, это говорит о его величии как человека, презревшего смерть ради жизни других людей, ради того, чтобы жили и убогие ваксманы.

Не успел Матросов стать летчиком-асом, талантливым военачальником, изобретателем более совершенного оружия или успешным разведчиком. На его взросление пришлась война, и он отдал Родине, людям самое дорогое, что у него было, что он ценил не меньше Ваксмана — свою жизнь.

Кстати, г-н Ваксман, капитану Гастелло приказ был отдан по рации, да? А почему он не наплевал на него и не удрал с самолетом к противнику, чтобы В СТРАШНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ... ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ СОХРАНИТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ? Я понял! Он хотел удовлетворить советскую пропаганду военного времени, ее потребность в смертниках. Да ведь?

 

То, что руководству воюющей Страны Советов нужны были именно смертники, подтверждается тем, как официальная пропаганда отнеслась к тем, кто побывал в плену. Советский человек не мог, не имел права, не должен был попадать в плен! То, что кто-то оказался военнопленным, будучи раненым, в беспамятстве, роли не играло. Ты обязан был оказать сопротивление превосходящим силам противника, а последнюю пулю пустить непременно в себя. Никто не удосужился подсчитать, сколько судеб после войны было сломано таким подходом.

А что Вы за них переживаете, г-н Ваксман, эти «судьбы в страшных обстоятельствах любой ценой сохранили свою жизнь». Что им еще надо, славы и почета, что ли, досок мемориальных? В жизни так не бывает, чтобы и на елку влезть, и не ободраться. Либо «жизнь любой ценой», либо судьба достойного ЧЕЛОВЕКА. На фашистов в плену потрудиться, видите ли. не позорно, а в советских лагерях на свою страну — так уже и судьба сломана.

Не наглейте, судьбу себе каждый сам выбирает, когда решает, что надо делать в «страшных обстоятельствах».

Как ни странно, точка зрения государства совпала с искренним патриотизмом честного человека, для которого защищать родину — естественнее, чем сдаваться на милость победителя.

Вот опять искреннее недоумение. Оказывается, «руководство воюющей Страны Советов» не по собственной прихоти подобным образом относилось к сдавшимся в плен. Оказывается, его точка зрения основывалась на искреннем патриотизме честного человека.

Какие ужасные люди населяли воюющую Страну Советов, мутанты какие-то. Для которых защищать Родину — естественнее, чем сдаваться на милость победителя. Какая Родина, вы что! Вперед, сдаваться на милость победителя, чтобы потом, после войны, сохранив жизнь любой ценой, вернуться в свою богемную тусовку, презирая тех придурков-смертников, которым не дано было такое всепобеждающее знание, что В СТРАШНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ... ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ СОХРАНИТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ?

Ваксман, быть животным всегда естественнее, поддаваться своим низменным инстинктам всегда проще. Для этого не надо делать никаких усилий над собой. Но, на Ваше счастье, воюющую Страну Советов населяли ЛЮДИ, а то не известно, писали бы вы сейчас  про сохранившего любой ценой в страшных обстоятельствах свою драгоценную жизнь Оболенского.

И тут — «Список Шиндлера»! Скорее всего, мысль о том, что с дьяволом можно пытаться заключать какие-то сделки и откупаться от него, порой весьма успешно, показалась кощунственной в стране, где еще слишком свежа память о миллионах погибших.

Вы о чем? О том, что с дьяволом можно пытаться заключать какие-то сделки и откупаться от него? О лихом Оболенском, который смог это сделать? О его неудаче, о том, что он опередил время и выбрал не ту страну для сделки с дьяволом? О том, что сейчас-то память о миллионах погибших успокоилась и самое время заниматься маркетингом, рекламой и пропагандой выгод сделок с дьяволом?

Проблема слишком серьезная и глубокая. В одночасье ее не разрешить. Во  всяком случае на руках Оболенского и в самом деле нет крови, это отмечалось всеми участниками обсуждения. Если совершенное им квалифицируется как преступление, то свое он отсидел по приговору трибунала. И чествуем мы его не как дезертира, но как замечательного артиста. Если не согласны, давайте задним числом изменим законы и осудим покойника вторично, теперь уже по всей строгости. Выкопаем из могилы его останки и приговорим их к высшей мере наказания — к расстрелу!

Надеюсь, что здравый смысл возобладает.

Теперь у защитников Оболенского просто нет другого выхода, как добиться полной и окончательной его реабилитации. Дай-то Бог.

Выводы пусть каждый сделает самостоятельно.

Андрей Ермоленко

Комментарии