Перейти к основному содержанию
Включайся в группу ЗОВ в Facebook Включайся в группу ЗОВ В Контакте Включайся в группу ЗОВ в Одноклассниках Подпишись на видеоканал важных новостей ЗОВ на Youtube

Ходатайство

 

Прокурору Челябинской области 
Руководителю СУ по Челябинской обл.  СК РФ 
 от адвоката Ахметгалиева Рамиля Хайдаровича 
420097, Казань, ул. Старо-Пугачевская, 22, оф. 10
защитника  Ермоленко Андрея Александровича 
подозреваемого  в совершении преступления
предусмотренного ч. 1 ст. 282  УК РФ

 ХОДАТАЙСТВО

 

В  производстве СО по г. Челябинск  СУ  по Челябинской области СК РФ находится уголовное дело, по которому мой подзащитный  подозревается в совершении преступления, предусмотренного ст. 282 ч. 1 УК РФ, а именно, что он возбуждал ненависть и вражду по отношению к представителям власти как  к социальной группе.
Однако, данный вывод не обоснован.  В данном деле нет оснований для предъявления обвинения, утверждения обвинительного заключения и направления  уголовного дела в суд по следующим основаниям: в основу дела положены недопустимые доказательства - заключения экспертов; сделан не обоснованный вывод об отнесении чиновников к социальной группе. Мои доводы в этой части подтверждаются разъяснениями Пленума  ВС РФ от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности». 

Недопустимость заключений экспертов в качестве доказательств

Следователь Котова

В основу доказательственной базы органами следствия положены заключения комплексных экспертиз. В данных экспертизах перед экспертами был поставлен вопрос - «Направлены ли материалы на возбуждение ненависти либо вражды ?».
Эксперты дали соответствующий утвердительный ответ на данный вопрос. Однако, Пленум ВС РФ в своем Постановлении от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» четко указал, что (п. 23) 

«перед экспертамине могутбыть поставлены вопросы о том, содержатся ли в тексте призывы к экстремистской деятельности,направлены ли информационные материалы на возбуждение ненависти или вражды».

 

Эксперт Циринг

Таким образом, эксперты вышли за пределы своих полномочий и ответили на вопросы, не относящиеся к их компетенции. Вопрос о направленности умысла относится к компетенции суда, а не экспертов.  

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 г. N 28 "О судебной экспертизе по уголовным делам" (п. 4)

Вопросы, поставленные перед экспертом, и заключение по ним не могут выходить за пределы его специальных знаний.Постановка перед экспертом правовых вопросов, связанных с оценкой деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда, как не входящих в его компетенцию, не допускается. 

Такие заключения признаются полученными с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а следовательно, недопустимыми доказательствами. 
Таким образом, в настоящее время имеющиеся в деле основные доказательства — заключения экспертов, получены с нарушением действующего законодательства. 
Отсутствие оснований для признания социальной группой сотрудников государственных органов

 

Эксперт Тараданов

По мнению, органов следствия мой подзащитный возбуждал ненависть и вражду по отношению к социальной группе чиновников.

 

Да, действительно, статьи под авторством Ермоленко А.А. содержат критические высказывания (негативные). Но критика на то и критика! Фактически в настоящее время Ермоленко А.А пытаются привлечь к уголовной ответственности лишь за то, что не расхваливал, а критиковал власть. 
Пленум ВС РФ в своем Постановлении от 28 июня 2011 г. «О судебной практике поуголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» разъяснил, что (п. 7)      

При установлении в содеянном в отношении должностных лиц (профессиональных политиков) действий, направленных на унижение достоинства человека или группы лиц, судам необходимо учитывать положения статей 3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации, принятой Комитетом министров Совета Европы 12 февраля 2004 года, и практику Европейского Суда по правам человека, согласно которым политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в средствах массовой информации; государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в средствах массовой информации в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий. Критика в средствах массовой информации должностных лиц (профессиональных политиков), их действий и убеждений не должна рассматриваться  как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц, поскольку в отношении указанных лиц пределы допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц». 

Исходя из этого принципа, считаю необходимым привести ряд дел, в которых давалось толкование термину «социальная группа» следственными и судебными органами.

 

1. К примеру, 31 декабря 2009 года старшим следователем отдела по расследованию особо важных дел о преступлениях в сфере государственной власти и в сфере экономики СУ СКП РФ по Кемеровской области Шлегелем Р.И. в связи с отсутствием в действиях обвиняемого состава преступления было прекращено уголовное дело в отношении кемеровского блоггера Дмитрия Соловьева, возбужденное 11 августа 2008 года по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 282 УК РФ.  
Соловьев обвинялся в том, что разместил в Интернет статьи, содержащие информацию, направленную на возбуждение ненависти, вражды и унижение группы лиц по признакам принадлежности к социальным группам «сотрудники органов внутренних дел» и «сотрудники ФСБ».

 

2. Другой пример – 1 ноября 2010 года приговором  Свердловского районного суда Костромы был оправдан Роман Замураев, также обвинявшийся в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 282. 
Замураев обвинялся в том, что разместил в Интернет информационные материалы, которые «передают враждебный и насильственный характер действий по отношению к Президенту РФ и членам Федерального собрания РФ, то есть к определенной социальной группе людей, а именно, к представителям исполнительной и законодательной власти страны».

 

 

Суд в своем решении указал, что «социальная группа предполагает наличие внутренней организации, общие цели деятельности, формы социального контроля, определенную сплоченность, общность интересов и т.п.» Представителей исполнительной и законодательной власти страны нельзя считать социальными группами, поскольку они не соответствуют перечисленным критериям, а следовательно в действиях Замураева отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.282 УК РФ (см. страница 9 приговора в приложении) 

3. 21 февраля 2011 года Железнодорожный суд Рязани признал незаконным предупреждение о недопустимости экстремистской деятельности, вынесенное Роскомнадзором редакции газеты «Вечерняя Рязань» в ноябре 2010 года в связи с публикацией, которая, как предполагалось, возбуждала вражду к социальной группе «сотрудники милиции». Суд пришел к выводу о том, что сотрудники правоохранительных органов не являются социальной группой. 
4. 11 ноября 2010 года Кировским районным судом Екатеринбурга было вынесено решение об отказе прокурору в признании изъятой у граждан литературы экстремистской. Прокурор Кировского района Екатеринбурга обратился в суд с заявлением о признании экстремистскими информационных материалов, изъятых у граждан - листовок с лозунгом «Правительство в отставку», газет «Друг народа», листовок «Обращение  к  милиции», листовок  с  лозунгом  «Верь в себя, а не власти». Прокуратурой обосновывались, в частности, следующие положения: " Материалы являются экстремистскими в связи с тем, что они возбуждают  социальную рознь к органам государственной власти. Власть  признается слоем  населения."

Суд, указал, что органы государственной власти, как субъекты общественных отношений за исключением наличия у них властных полномочий не обладают какими-либо специфическими признаками, в особенности относящими их к той или иной социальной группе, в силу чего побуждение к  совершению враждебных и неправомерных действий на основании несуществующих признаков логически не представляется возможным (см. страницу 7 решения суда в приложении).
Таким образом, очевидно, что  российская  практика правоприменения исходит из того, что представители органов власти сами по себе не являются социальной группой.

Замечу, что попытка привлечения Ермоленко А.А.  к уголовной ответственности в рамках данного дела является ограничением права на свободное выражение своего мнения, гарантированное всеми перечисленными нормами российского и международного права, которые являются непосредственно действующими.

 

Российская Федерация является членом Совета Европы и участницей Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. В этой связи, обращаем Ваше внимание на то, что Верховным Судом РФ дано разъяснение о необходимости обязательного учета практики Европейского суда по правам человека по всем вопросам, связанным с применением Европейской конвенции по правам человека (см. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 года №5 «О применении судами общейюрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международныхдоговоров Российской Федерации»).

За последние годы Европейским Судом вынесено значительное количество решений, касающихся нарушения Россией права на свободное выражение мнения. Часто это связано с преследованием именно за критику представителей власти. К примеру, Европейский Суд недвусмысленно указал, что любые меры, препятствующие осуществлению свободы собраний и выражения мнения за исключением случаев, связанных с разжиганием насилия или нарушения демократических принципов – какими бы шокирующими и неприемлемыми ни казались властям определённые взгляды и высказывания – пагубно сказываются на состоянии демократии, а часто даже подвергают его опасности (см. Постановление по делу «Кузнецов против Российской Федерации» от 23 октября 2008 года, §45).

 

Показательным является решение Европейского Суда по делу «Торгер Торгерсон против Исландии» от 25 июня 1992 года, в котором Суд подтвердил, что осуждение журналиста за критику сотрудников полиции, явилось нарушением свободы слова. Журналист был привлечен к уголовной ответственности за то, что употребил по отношению к полиции Рейкьявика такие резкие выражения как «скоты и садисты», «дикие звери в униформе», а также «запугивание, фальсификация, незаконные действия, необоснованные представления, поспешность и неумелость». Европейский Суд, подчеркнув, что любые ограничения свободы выражения мнения должны узко толковаться, и необходимость любых ограничений должна быть убедительно доказана, признал, что улучшение работы полиции и искоренение злоупотреблений является вопросом большой общественной значимости, а признание журналиста виновным и обвинительный приговор могут воспрепятствовать открытой дискуссии по общественно значимым вопросам. 

Таким образом, очевидно, что и российская и международная практика правоприменения исходят из того, что представители органов власти сами по себе не являются социальной группой, и не только не могут претендовать на особую защиту от критики, но напротив, должны быть более открыты для публичного обсуждения их деятельности.

Исходя из изложенного, а также учитывая необходимость единообразного правоприменения,

ПРОШУ: 

При принятии процессуальных решений по данному уголовному делу учесть требования Пленума Верховного суда РФ в Постановлении от 28 июня 2011 г.«О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» и принять единственно законное и обоснованное решение о прекращении преследования Ермоленко А.А.

 

 

 

Приложение: ордер адвокат на выполнение поручения

 

                                                                   Р.Х. Ахметгалиев

 

Комментарии