Перейти к основному содержанию
Включайся в группу ЗОВ в Facebook Включайся в группу ЗОВ В Контакте Включайся в группу ЗОВ в Одноклассниках Подпишись на видеоканал важных новостей ЗОВ на Youtube

Горбатого могила исправит

Особенность политического режима, установившегося в России в первое десятилетие XXI века в том, что его неотъемлемой чертой является террор. Инструментом этого террора является т.н. антиэкстремистское законодательство

Но сам по себе любой инструмент не более чем бесполезная железка. Его кто-то должен систематически использовать. Причём, использование должно осуществляться автоматически, без необходимости аппелирования каждый раз к политической воле.

Понимание этого к руководителям корпорации пришло несколько позже создания самого инструмента.

Полумера

Но лучше поздно, чем никогда. В 2003 году в ст.282 УК РФ, предусматривавшую наказание за действия,  направленные на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, унижение национального достоинства, а равно за пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, национальной или расовой принадлежности, были внесены изменения. В новой редакции ответственность, кроме всего прочего, предусматривается за те же самые действия, совершённые в отношении лиц по признакам их принадлежности к какой-либо социальной группе. Отсутствие в законодательстве определения социальной группы, равно как их исчерпывающего перечня или, хотя бы, критерия формирования обусловливало репрессивный характер ст.282, которую с этого момента можно было применять к любому человеку. Независимо от его отношений с законом. Но инструментом некому было пользоваться, и несколько лет он пылился даже неопробованным.

Создавать с нуля специализированную службу в дополнение к имеющимся было дороговато. Не то, чтобы овец, то есть, налогоплательщиков стало жалко, просто самим на удовольствия меньше останется. Поэтому была выбрана самая бесполезная, по мнению руководителей корпорации, служба, которой и вменили в обязанность борьбу с мыслепреступлениями. Гарант Конституции издал  указ №1316 от 6.09.2008 «О некоторых вопросах Министерства внутренних дел Российской Федерации», в соответствии с которым, а такжепоследовавшим за ним приказом МВД России от 12 сентября 2008 года № 795 «О мерах по реализации Указа Президента России от 06 сентября 2008 года № 1316» был ликвидирован департамент по борьбе с организованной преступностью и терроризмом МВД России (УБОП), а на его базе создан департамент по противодействию экстремизму. 

Для обеспечения политической воли подсуетился генеральный прокурор, приказом № 362 от 19.11.2009 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законодательства о противодействии экстремистской деятельности» обязавший организовать мониторинг средств массовой информации, а при выявлении информационных материалов экстремистского характера обеспечивать проведение соответствующих исследований в рамках доследственных проверок и расследования уголовных дел. При наличии положительных экспертных заключений своевременно решать вопрос о направлении в суды заявлений об установлении наличия в информационных материалах признаков экстремизма и признании их экстремистскими. Тут, как говорится, карта и попёрла: количество преступлений экстремистской направленности, о которых раньше никто ничего не знал и не слышал, начало уверенно прирастать.

Полумерами не обойтись.

Но специализированная служба тотальный контроль обеспечить не сможет физически. А этот контроль жизненно необходим корпорации, поэтому она не может ограничиться формальными полумерами, вроде создания нового особого отряда. Раздуть его штаты тоже неправильно. Дорого. Достаточно создать условия, чтобы население само за собой следило, самому себе затыкая рот. А особые отряды займутся оформлением доносов в документы с правовыми последствиями.

И среди населения, есть кому этим заняться. Живучесть идей фашизма, несмотря на его сокрушительное поражение в прошлом, объясняется тем, что, несмотря на свою полную противоположность демократии, он многим представляется полезным и удобным. Ещё даже до навязывания функций полицейских агентов, находятся люди, готовые добровольно этим заниматься. Как профессор Челябинской государственной медицинской академии Шадрина и её единомышленник из РПЦ Путник, объявившие крестовый поход против библиотекарей.  

А после того, как Гарант Конституции сам принял активное участие в совершенствовании инструмента террора, желающих стать его соратниками стало много. 23.05.11 на совещании в ГУВД Москвы Гарант напомнил  полицаям о необходимости неукоснительного следования государственной политике: 

Нужно умело использовать все предусмотренные законом полномочия, жестко пресекая любые проявления экстремизма. Как известно, безнаказанность провоцирует новые преступления, а безнаказанными такого рода преступления оставлять нельзя. Экстремисты становятся более подготовленными и изощренными в тактике, и это не должно остаться без внимания правоохранительных органов,

после чего отдал поручение минкомсвязи подготовить проект законодательных поправок, фиксирующих пределы ответственности СМИ за комментарии читателей и третьих лиц в интернете. "Пределы ответственности" - это стыдливое название цензуры, функции которой Гарант взваливает на СМИ.

После  прошедшего заседания пособники фашизма незамедлительно начали соревноваться в предложении идей, на кого взвалить обязанности тотального контроля. Полпред Гаранта на Урале Винниченко таковыми видит интернет-провайдеров - полицейскими агентами станут лицензированные поставщики услуг связи, чьими задачами являются передача данных и осуществление доступа в интернет.

Горбатый

Поспешила высказаться и РПЦ. Председатель cинодального информационного отдела РПЦ Владимир Легойда заявил, что СМИ должны нести ответственность за публикации комментариев читателей к статьям на сайтах: 

"Надо убирать с сайтов уважаемых СМИ похабщину, клевету, экстремистские высказывания, сеющие раздор и рознь. Та невыносимая легкость комментариев, которая характерна для большинства интернет-дискуссий, действует разрушительно и ведет к ненормативному общению и оскорблениям".

Ничего удивительного в том, что церковь приветствует установление тотального контроля, способствуя ограничению свободы слова, гарантированной Конституцией, нет. Для неё это привычная практика - быть полицейским агентом, и ожесточённо бороться против мысли вообще. Несмотря на то, что она сумела таки убедить практически всё грамотное и образованное население бывшего СССР в своей нравственности и высокоморальности, выставив себя невинно пострадавшей от рук разнузданных большевиков овечкой.

Из истории горбатого

Образование на территории современной России в конце XV века единого государства поставило на повестку дня вопрос об уничтожении в стране последних очагов политической обособленности. Полунезависимая церковь с её огромными земельными владениями, включавшими до трети всех населённых мест России, была своеобразным феодальным образованием внутри государства. Широкие иммунитетные права, которых светские землевладельцы в то время, как правило были лишены, препятствовали осуществлению государственных финансовых и судебных полномочий в вотчинах духовных землевладельцев. Епископат обладал не только крупными землевладениями. В его распоряжении был значительный штат военных слуг - бояр и детей боярских. Аппарат главы русской церкви по своему могуществу не уступал крупнейшим удельным князьям. Поэтому правительству прежде всего необходимо было сломить руководства русской церкви. Иван Грозный уже в 1564 году отчётливо понимал это. Началась длительная, почти двухвековая борьба государства и церкви. 

Целью первого было полное подчинение церкви, включение её в госаппарат; последней - не просто сохранение независимости от государства, а первенствующее и господствующее положение, ибо церковь выше государства, как вечное и божественное выше временного и земного. Эта борьба осложнялась объективными обстоятельствами и сопровождалась неизбежными компромиссами. Продолжалась она вплоть до тех реформ, которые были предприняты Петром I. Их результатом стало полное подчинение церкви государству.
Пётр атеистом не был, но главным критерием в религиозном вопросе для него был критерий утилитарный и политический: религия является опорой существующих порядков, поэтому пренебрегать ей недопустимо. Церковная реформа ослабила практически до нуля политическую власть церкви и её экономическое могущество, что проявилось в секуляризации церковных доходов и имущества - попросту, переводе имущества в ведение Монастырского приказа, а духовенства на государственное содержание - оклад. А само оно было преобразовано в своего рода "полицейскую команду". Был установлен новый порядок назначения духовенства, отчуждавшего его от паствы. Поначалу полицейская выучка священников выражалась в караульной и пожарной повинностях, дежурствах на съезжих дворах, в наблюдении за повивальными бабками и других обязанностях по "полицеймейстерской инструкции". 

Политический сыск

 

Весной 1708 года в самый разгар булавинского восстания по епархиям и приходам был распространён царский указ, один из пунктов которого прямо подчинял таинство исповеди целям политического сыска. Указ этот обязывал выведывать у исповедующихся, "нет ли у кого из них бунту, злаго намерения и совету с кем к какому бунту и на государство какого умышления", и в случае обнаружения подобных намерений немедленно доносить о том высшей церковной власти. Не ограничиваясь исповедью, указ обязывал священников, дьяконов и причётников повседневно шпионить за паствой - "всякому в своём приходе смотреть накрепко, по какой надобности прихоцкие люди станут где в домех сходиться безвременно и многолюдно, о чём без всякого мечтания сообщать в Монастырский приказ". Заодно указ напоминал о необходимости следить за тем, исправно ли прихожане посещают церковь, уклоняющихся обязывал заносить в специальные списки. И это не было лишено смысла, ибо наши предки, будучи в большинстве своём неграмотными, тупыми не были вовсе, и место церкви в своей жизни определяли правильно. Во всяком случае, соплей благоговения при виде церковного благолепия не пускали.    

 

Современники свидетельствовали о наблюдаемом в народе явном пренебрежении к официальной вере и религии вообще. О том, что многие разночинцы, посадские люди и поселяне не только в воскресные дни, но и в великие праздники не ходят в церковь и не исповедуются, говорится в некоторых синодских документах петровского времени. Помимо различных случайных причин отступление от церковного благочестия порождалось ещё и невежеством и моральной деградацией духовенства, которое, как это было и в XVII веке, дискредитировало в глазах верующих и себя, и представляемую им церковь.

Что бы при этом не лепетали служители культа, официальная религия всегда и везде насаждалась, в худшем случае,  огнём и мечом, в лучшем - административными мерами. Петру I плевать было на глубину благочестия подданных, но пройти мимо их пренебрежения к церкви он не мог в силу упомянутой утилитарности. Интересы государства требовали усиления церковного влияния на массы, посему царским указом от 17.02.1718 года были установлены штрафы за несоблюдение таинства исповеди. В свою очередь и священники, обязанные вести точный учёт "небытейщиков", за сокрытие последних наказывались штрафами, лишением сана, и, в конечном итоге, каторгой. Иначе, исповедь как разновидность православного культа, была превращена в государственную повинность.
О роли церкви в деле удушения любой живой мысли и народного творчества следует говорить отдельно. И ничего нового при этом сказано не будет. Пётр I нисколько не обидел духовенство, превратив его в особое министерство в составе своего государства. Содержание, полагаемое ему за исполнение полицейских функций, было не меньше доходов, получаемых церковью ранее со своих вотчин. Поэтому попы весьма исправно служили абсолютистскому государству, вынашивая, правда, мысли о восстановлении статус-кво. Их антинародная роль отчётливо проявилась во время крестьянских восстаний - духовенство действовало в составе карательных отрядов, а также при насильственной христианизации народов Поволжья и Сибири. Здесь же интересен именно эпизод, описывающий технологию тотального контроля. 

Они пока бесполезны

Современное население России, вопреки своему образованию и грамотности, оказывается намного глупее предков. Но, несмотря на то, что оно массово крестится и крестит своих детей, влияние и контроль над ним церкви пока не по силам. Матёрый чиновник Винниченко сразу смекнул, как можно дёшево и сердито заткнуть рот всем, мечтающим о свободе слова, использовав для этого технические возможности лицензированных поставщиков доступа в глобальную сеть. Гарант Конституции те же функции возлагает на СМИ, заодно стращая граждан волчьим билетом. РПЦ же ничего внятного предложить не может, ограничившись поспешным одобрением президентских инициатив. Её полицейская натура никуда не делась - горбатого могила исправит, а возможности-то не те. С провайдерскими не сравнить. Но полезной корпорации РПЦ быть хочет, вот и поддакивает. 

 

На самом деле, выкинутая советской властью с общественно-политической сцены, РПЦ мечтает восстановить своё политическое и экономическое могущество. В идеале, даже встать над государством, или хотя бы быть равным ему. Мечтать, конечно, не вредно, но за ней тысячелетний опыт. Пока никто не может заставить верующих в обязательном порядке ходить в церковь и исповедоваться, но ведь клерикалы неспроста лезут в образование, чтобы прессовать умы и психику наших детей своим мракобесием. Шаг за шагом, и образование они приберут к рукам - когда-то оно считалось их вотчиной. А после этого обязать наших детей исповедаться - вопрос технический. Вот и составит РПЦ конкуренцию провайдерам в деле тотального контроля над населением. И Гарант Конституции будет доволен. Появится ещё один многочисленный отряд, уже добровольно взявший в руки инструмент политической казни, обладающий возможностями охвата населения, и не состоящий при этом на государственном обеспечении.  

(продолжение следует)   

Примечание: при написании использованы критические очерки Академии наук СССР "Церковь в истории России (IX век - 1917 год)" под редакцией доктора исторических наук Н.А.Смирнова, издательство "Наука", М., 1967 год.

Андрей Ермоленко

 

Комментарии