Перейти к основному содержанию
Включайся в группу ЗОВ в Google+ Включайся в группу ЗОВ в Facebook Включайся в группу ЗОВ В Контакте Включайся в группу ЗОВ в Одноклассниках Подпишись на видеоканал важных новостей ЗОВ на Youtube
Инициативная группа по проведению референдума  За ответственную власть (ИГПР ЗОВ) - Преследование Мухина, Барабаша, Парфенова, Соколова - РЕФЕРЕНДУМ НЕ ЭКСТРЕМИЗМ

Юрий Мухин – апелляция, выступление в прениях

Два дня, 13 и 14 декабря в Мосгорсуде продолжалось рассмотрение апелляционных жалоб осуждённых по делу ИГПР «ЗОВ». И хотя рассмотрение жалоб 13 декабря шло с 12-00 до 19-30, а 14 декабря – с 12-00 до 19-00, тем не менее, окончания пока не видно.

14 декабря были начаты прения сторон, но успели выступить только я, Соколов, адвокат Чернышёв и Барабаш, остались Парфёнов, адвокат Курьянович и оба прокурора. Потом будет последнее слово и вынесение апелляционного определения. В результате дело было перенесено на 15 декабря.

Пока готово только моё выступление в прениях, поэтому я дам только его.

Выступление в прениях

Уважаемый суд!

В своём дополнении к апелляционной жалобе от 23.10. 2017 я указал не все выводы, которые следуют из факта отсутствия протокола судебного заседания к моменту вынесения приговора.

Частью 4 статьи 302 УПК РФ судам указывается:

Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью ИССЛЕДОВАННЫХ судом доказательств.

Оправдательный приговор суд может вынести и без исследования всей совокупности доказательств, то есть, настоящий судья спросит прокурора, обвиняющего подсудимых по части 1 статьи 282.2 УК РФ:

А какую экстремистскую деятельность вели подсудимые? Не слышу! Придумать не можете? Ну, тогда идите лесом с таким обвинением, и все 21 тома уголовного дела с собою прихватывайте – нет смысла их исследовать.

Но обвинительный приговор, как требует часть 4 статьи 302 УПК РФ, нельзя выносить без исследования ВСЕХ доказательств.

Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, используемые судом, в том числе и сведения, установленные в ходе судебных заседаний, – сведения, сообщённые свидетелями, специалистами и экспертами, и сведения о результатах осмотра вещественных доказательств. Эти сведения заносятся в протокол судебного заседания, а протокол судебных заседаний по этой причине является доказательством по уголовному делу (часть 3.5. статьи 74 УПК РФ).

Согласно части 6 статьи 259 УПК РФ:

6. Протокол должен быть изготовлен и подписан председательствующим и секретарем судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

Выделю: «со дня окончания судебного заседания», – а не со дня окончания прений или со дня оглашения приговора или иного судебного решения в окончательном виде. Это естественно, поскольку, повторю, доказательства, полученные в ходе судебных заседаний, описываются в протоколе судебных заседаний в виде занесённых в протокол сведений, а без этих доказательств невозможны ни прения сторон, ни вынесение обвинительного приговора.

А по делу ИГПР «ЗОВ», как уже сообщил адвокат А. Чернышёв, протокол судебных заседаний подготовлен судом только к 20 октября 2017 года. Не через 3 дня после окончания представления и исследования доказательств, а через 70 дней после вынесения приговора.

Это значит, что судья не мог заложить в основание приговора сведения о вине подсудимых из исследованных в суде доказательств, поскольку к моменту работы судьи над приговором и даже к моменту вынесения этого приговора, протокол не только не был приведен в процессуально законный вид – то есть не был обсуждён сторонами с предъявлением суду замечаний к протоколу, – но и не был изготовлен.

Согласно статье 389.16 УПК РФ:

Приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: 1) выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

В нашем случае выводы суда в приговоре не подтверждаются таким доказательством, как протокол судебного заседания, в связи с тем, что протокол судебного заседания, соответствующий требованиям УПК РФ, на момент вынесения приговора отсутствовал и не мог подтверждать выводы суда. Как выводы суда могут подтверждаться доказательствами, если соответствующие требованиям УПК РФ доказательства появились после внесения этих выводов суда в приговор?

Что мы имеем в итоге? Было две организации – АВН и ИГПР «ЗОВ», обе имели одинаковую цель – проведение референдума, но имели разные вопросы референдума, были созданы по разным законам, разными людьми, да ещё и разница была в том, что ИГПР «ЗОВ» на момент нашего ареста не была создана.

Сначала я хочу остановиться несколько подробнее всего на двух моментах, которые упорно игнорируются и гособвинителями, и судами.

Преступники арестовали нас за организацию референдума, и год фабриковали на нас уголовное дело именно за это, и только в конце спохватились и начали утверждать, что мы, оказывается, референдум не организовывали, а только симулировали его организацию. Обвинение даже «доказательство» этой симуляции нашло:

…совершенно очевидно, что ничто не мешало последним организовать хоть одну региональную подгруппу, которая включала бы в себя не менее 100 участников, в связи с чем, деятельность подсудимых имела исключительно формальный характер –

утверждало в прениях обвинение.

Однако поздно пить «боржоми», когда печень отвалилась.

Поздно обвинять нас в симуляции референдума. Поскольку все запоздалые утверждения прокуроров и приговора о том, что организация референдума осуждённых, дескать, «носила декларативный характер», разбивается первоначально предъявленным нам обвинением. А согласно ему, осуждённые были арестованы, и уголовное дело было возбуждено за

создание инициативных групп по проведению референдума; последующее проведение референдума с целью внесения изменений в Конституцию РФ об ответственности высших органов власти перед народом; пропаганда идеи принятия закона «Об оценке деятельности Президента и членов Федерального собрания Российской Федерации народом России».

Если создание инициативных групп «носило декларативный характер», – как это утверждает в приговоре Криворучко, – то зачем же вы тогда в постановлении о возбуждении уголовного дела и в основание нашего ареста поставили нам в вину только организацию референдума, а не какое-либо иное деяние?

Во время своего допроса в суде я показал, и Криворучко изложил в приговоре, что согласно закону «О референдуме в РФ» для проведения референдума, члены инициативной группы обязаны за 45 дней собрать не менее 2 миллионов подписей в поддержку референдума. Но Криворучко умолчал о том, о чём ему говорили и мы, и эксперты, – что это технически невозможно, если не иметь инициативную группу числом, менее чем в 20 тысяч человек. И никак не опровергнув этот расчёт, Криворучко далее преступно умолчал, что согласно закону «О референдуме в РФ» инициативная группа по проведению референдума учреждается собранием уполномоченных, избранных в региональных подгруппах, а региональные подгруппы создаются собранием, численностью не менее 100 человек и не менее, чем в половине регионов России. Мало этого! Собрания всех этих почти сотни региональных подгрупп должны проходить практически одновременно! От первого собрания в регионах до последнего должно пройти не более двух месяцев! То есть инициативную группу по проведению референдума и сбор подписей невозможно организовать частями, к примеру, невозможно организовать региональную подгруппу в Москве, и начать собирать в Москве подписи в поддержку референдума, как утверждают лица, устроившиеся совершать преступления в прокуратуре. Элементарный расчёт показывает, что по этому требованию закона, к проведению первого собрания подгруппы в каком-либо регионе уже нужно иметь не менее 20 тысяч готовых членов инициативной группы не менее чем в половине субъектов Федерации. С меньшим количеством членов инициативной группы, готовых собирать подписи, невозможно уложится не только в 45 дней отведённых для сбора 2 миллионов подписей (а подписи разрешено собирать только членами инициативной группы), но и в два месяца, установленные законом «О референдуме в РФ», которые даются на организацию и регистрацию подгрупп во всех регионах и всей инициативной группы в целом в Москве. Если, от проведения первого собрания подгруппы в субъекте Федерации до подачи документов о регистрации всей инициативной группы в Москве, пройдёт два месяца и 1 день, то вся работа пойдёт насмарку – в Центризбиркоме такую ИГПР просто не зарегистрируют, и всё придётся начинать с начала.

Поэтому нет ничего более дебильного, чем «доказательство» «декларативности» организации референдума, которое придумал Криворучко: 

деятельность подсудимых даже по официально задекларированной ИГПР «ЗОВ» цели, не соответствовала порядку реализации инициативы проведения референдума, образования инициативной группы и региональных подгрупп, предусмотренному ст.ст. 6, 9, 11, 14, 15, 17 Федерального конституционного закона от 28.06.2004 года № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации»,…отсутствие каких-либо результатов, в том числе по официальной регистрации Инициативной группы по проведению референдума за длительный период времени – более 7 лет.

Эти обвинения в том, что мы не зарегистрировали ни одну подгруппу на местах и всю ИГПР «ЗОВ» в целом, и в том, что мы не собрали не одной подписи, как раз и не соответствуют Федеральному конституционному закону от 28.06.2004 года № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации». И говорят о том, что обвинение построено на бессовестной лжи.

Кроме этого, Криворучко скрыл, что ИГПР «ЗОВ» действовала с ведома Центральной избирательной комиссии России.

Напоминаю суду, что за 24 года действия настоящей Конституции и обеспечивающего её положения закона о референдуме, в России ещё ни одна инициативная группа не смогла зарегистрироваться по правилам закона «О референдуме» именно по причине, что эти инициативные группы пытались провести референдум, не набрав необходимой численности инициативной группы. Суду это показали на допросе специалисты Ю. Болдырев и С. Бабурин. И является наглым преступлением то, что вместо помощи нам, преступники в судах, прокуратуре и СК воспрепятствовали исполнению положений Основ конституционного строя России.

Второй момент. Мы всего лишь СОЗДАВАЛИ Инициативную группу по проведению референдума «За ответственную власть», эта организация ещё не была создана, чтобы обвинять её в деятельности. Она ещё ничего не делала. И, разумеется, эта ещё не созданная группа не запрещалась судом, а часть 1 статьи 282.2 разрешает возбуждать уголовное дело только за организацию ДЕЯТЕЛЬНОСТИ уже созданной и запрещённой судом организации. Не за процесс создания организации, а за процесс деятельности её!

И арестовавшие нас преступники придумали следующий трюк: они начали бессовестно утверждать, что ИГПР «ЗОВ» это переименованная АВН. По закону, прокуратура должна была обратиться с представлением в суд, чтобы в рамках особого производства такое переименование, имеющее юридическое значение, признать фактом. Вместо этого следователь заставил свидетеля С.В. Кротова, которого представляют секретным свидетелем Ильёй Пономарёвым, написать то, что обвинение и судья в приговоре бессовестно повторили:

Путем общего голосования участников, входивших в запрещенную «АВН», была переименована «АВН» в инициативную группу по проведению референдума «За ответственную власть» (далее – ИГПР «ЗОВ»), цели и задачи которой полностью идентичны «АВН».

Почему это утверждение Криворучко следует считать предельно бессовестным? Потому, что Криворучко сидел с открытыми глазами, когда проводился допрос Кротова-Пономарёва 21 марта 2017 года, и слышал, как я задавал Кротову-Пономарёву вопросы об этом:

Подсудимый Мухин Ю.И.: Помните ли Вы, что решения МОД «АВН» и ИГПР «ЗОВ» принимались не организаторами, не Мухиным Ю.И, Барабашом К.В., Парфёновым В. Соколовым А.А., а всеми членами данной организации путем общего голосования?

Свидетель Пономарев И.: Да, общие голосования участников организации были.

Подсудимый Мухин Ю.И.: Ставились ли на голосование вопросы или приняты были на общем голосование решения о формальном переименовании организации «АВН» в ИГПР «ЗОВ»?

Свидетель Пономарев И.: На общем голосовании данный вопрос не ставился.

Подсудимый Мухин Ю.И.: Ставился ли на голосовании вопрос или было ли принято общем голосовании решение о прекращении деятельности «АВН»?

Свидетель Пономарев И.: Да.

Таким образом, свидетель, которому обвинение и суд как бы безусловно верят, показал, что никакая АВН в ИГПР «ЗОВ» не переименовывалась, а АВН прекратила свою деятельность.

А накануне, 07 февраля 2017 года на вопросы создании этих организаций отвечал свидетель Нехорошев Ю.Н., которому по заверениям судьи Криворучко тоже нужно безусловно верить.

Подсудимый Мухин Ю.И.:

На основании какого закона создавалась организация «Армия воли народа»?

Свидетель Нехорошев Ю.Н.: Организация «АВН» создавалась на основании закона «Об общественных организациях».

Подсудимый Мухин Ю.И.: «На основании какого закона создавалась ИГПР «ЗОВ»?

Свидетель Нехорошев Ю.Н.: ИГПР «ЗОВ» создавалась на основании ФКЗ «О референдуме РФ».

Таким образом, Криворучко цинично солгал в приговоре, что ИГПР «ЗОВ» это формально переименованная АВН. На самом деле даже по показаниям свидетелей обвинения, которым судья предлагает безусловно верить, это разные организации, и деятельность ИГПР «ЗОВ» никаким судом не запрещалась.

Трудно даже представить себе документ такой же лживый, как и приговор Криворучко.

Вот вникнете в строки приговора:

Из показаний специалиста Городецкого Я.С. следует, что он состоит в должности эксперта АНО «Центр технических экспертиз», имеет стаж работы по экспертной специальности 2 года. По заказу адвоката Чернышева А.С. объектами его исследования являлись: электронный почтовый ящик и диск почтового аккаунта sokol993@gmail.com; страницы официального сайта МОД «ЗОВ»; содержание электронного ресурса газеты «Своими именами» и содержание электронного ресурса ИГПР «ЗОВ» по состоянию на 2010-2012 годы; стенограмма и видео пресс-конференции Мухина Ю.И. от 17.02.2011 года; видео конференции Мухина Ю.И. на электронном ресурсе от 20.02.2011 года. Согласно проведенному исследованию Городецким Я.С. установлено наличие в электронной почте аккаунта sokol993gmail.com переписки пользователей со сведениями о прекращении деятельности «Армии воли народа». Большинство участников подписки, в том числе Соколов А.А., Парфенов В.Н., Мухин Ю.И. и Барабаш К.В. поддержали вопрос о прекращении деятельности МОД «АВН» в связи с её запретом решением Московского городского суда от 19.11.2010 года. 96% участников проголосовали «ЗА» прекращение деятельности, 4% – ответили «НЕТ». По состоянию на 20.07.2010 года на официальном сайте МОД «ЗОВ» содержались сведения об организации межрегиональным движением «За ответственную власть» инициативной группы по проведению референдума по вопросу принятия закона об оценке избирателями деятельности Президента и депутатов Федерального Собрания РФ. По состоянию на 30.11.2010 года на сайте газеты «Своими именами» объявлено об организации МОД «ЗОВ» ИГПР «ЗОВ». На сайте ИГПР «ЗОВ» по состоянию на 15.02.2012 года, 08.11.2010 года, 19.12.2010 года, 21.12.2010 года имеются публикации, в которых ИГПР «ЗОВ» и МОД «АВН» упоминаются как две отдельные организации. В видеозаписи и стенограмме пресс-конференции Мухина Ю.И. от 17.02.2011 года содержится заявление Мухина Ю.И. о прекращении деятельности МОД «АВН». Выводы его исследования оформлены соответствующим заключением специалиста от 13.04.2017 года.

Городецкий – специалист по проникновению в Интернет, он вошел в него на страницы уже не существующих сайтов и старых почтовых ящиков, и зафиксировал скринами то, что увидел, и увиденное подшил это в отчёт. Это всё! Но из увиденного стало понятно, что ИГПР «ЗОВ» это не переименованная АВН, а организация которую начало создавать организация МОД «ЗОВ» за два года до того, как была запрещена деятельность АВН, что после запрета АВН прекратила деятельность, что долгое время в 2010 и 2011 годах АВН и ИГПР «ЗОВ» вместе участвовали в митингах как две организации. Городецкий дал безусловные факты, ни слова не сказав от себя, но посмотрите как Криворучко эти факты отвергает:

Оценивая показания специалистов Городецкого Я.С. и Борисовой Е.Г., а также приобщенные к материалам уголовного дела заключения указанных специалистов, суд также не может учитывать их в качестве доказательств по делу, поскольку в указанных заключениях специалистов фактически изложено субъективное мнение конкретного лица… 

Какое мнение, если даны факты, не зависящие от Городецкого? Криворучко без малейшего стыда отвергал кричащие факты по рассматриваемому им делу.

Или вот он, к примеру, утверждая, что никакой организации ИГПР «ЗОВ» нет, а есть формально переименованная АВН, в приговоре пишет:

...собранные по делу доказательства свидетельствуют не о возобновлении, а о фактическом продолжении подсудимыми Мухиным Ю.И., Соколовым А.А., Парфёновым В.Н. и Барабашом К.В. организации деятельности МОД «АВН», в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности…

И тут же в приговоре пишет:

Однако ИГПР «ЗОВ», несмотря на неоднократные доводы подсудимых о её создании в соответствии с положениями Федерального конституционного закона от 28.06.2004 года № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации», не была зарегистрирована в Центральной избирательной комиссии Российской Федерации, в соответствии с регламентом, установленным ФКЗ «О референдуме Российской Федерации.

Так какая организация не зарегистрирована в Центризбиркоме – АВН или ИГПР «ЗОВ»? Утверждая и утверждая, что он, Криворучко, ведёт речь об одной организации (АВН), формально переименованной (которая, кстати, не могла регистрироваться в Центризбиркоме и должна была регистрироваться в Минюсте), Криворучко, попрекает нас, что мы не зарегистрировали ИГПР «ЗОВ» в Центризбиркоме.

А перед этим Криворучко утверждает:

Кроме того, по смыслу ст. 7 Федерального закона от 25.07.2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», подразумевается вынесение предупреждения о недопустимости осуществления экстремистской деятельности общественному или религиозному объединению либо иной организации, зарегистрированной в предусмотренном законом порядке.

И этим утверждает, что раз ИГПР «ЗОВ» не была зарегистрирована в Центризбиркоме, то и положения закона «О противодействии экстремистской деятельности» к ИГПР «ЗОВ» не применимы.

Но по этой логике деятельность таких организаций не может и запрещаться, поскольку запрет – это следствие неисполнения предупреждений. Получается, что ИГПР «ЗОВ» это организация, деятельность которой в принципе не может быть запрещена – она же не зарегистрирована. Да бред.

Но вы ещё раз обратите внимание на бессовестную наглость – статья 7 Федерального закона от 25.07.2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», НЕ ТРЕБУЕТ РЕГИСТРАЦИИ организаций, которым обязаны выносить предупреждения. Либо Криворучко по собственной малограмотности не знает, что в России организациям не обязательно регистрироваться, чтобы быть организациями, либо рассчитывает на малограмотность вышестоящих судов. То есть, Криворучко в приговоре цинично лжёт и лжёт.

Ну и кратко:

Судья Криворучко вынес приговор, бессовестно проигнорировав:

– что ИГПР «ЗОВ» не занималась экстремистской деятельностью;

– что нет ни единого доказательства того, что я с товарищами имел намерения изменить основы конституционного строя или распространять экстремистские материалы;

– что ИГПР «ЗОВ» это не «формально переименованная» АВН, а совершенно самостоятельная организация, да ещё и находящаяся в стадии создания;

– что АВН и ИГПР «ЗОВ» это на самом деле настолько разные организации, что даже регистрироваться они должны в разных учреждениях;

– что деятельность по организации референдума Армии воли народа не запрещена судом;

– что «частично совпадающие цели и задачи АВН и ИГПР «ЗОВ» это цели и задачи по организации референдума;

– что ИГПР «ЗОВ» начала организовываться МОД ЗОВ за два года до прекращения деятельности АВН;

– что деятельность ИГПР «ЗОВ» не запрещалась судом;

– что в деле нет ни единого документа или показания свидетелей, которые бы указывали на иную, кроме референдума, цель деятельности нас, осуждённых;

– что в деле и, соответственно, в приговоре отсутствует название хотя бы одного экстремистского материала;

– что во всех томах дела и, соответственно, в приговоре отсутствует понятия «экстремистские материалы» в связи с деятельностью ИГПР «ЗОВ»;

– что, ни один свидетель не подтвердил намерение осуждённых распространять экстремистские материалы;

– что вменяемое осуждённым деяние – намерение распространять экстремистские материалы – не является даже правонарушением и, соответственно, не запрещено даже Кодексом об административных нарушениях.

В результате я с товарищами наказан не за уголовную, а за чисто политическую деятельность – за организацию референдума, что доказывается вынесенной нам мерой наказания – запретом участвовать в политической деятельности.

Судья Криворучко втоптал в грязь Конституцию РФ и УПК РФ тем, что:

– слушал дело без разъяснения подсудимым существа обвинения, не разъясняя, в организации деятельности какой организации они обвиняются, то есть не давал подсудимым защищаться;

– фактически не исследовал никаких доказательств обвинения из материалов дела, разрешив государственным обвинителям пролистать за общее время в 4 часа со средней скоростью 23 листа дела в минуту 5400 листов 19 томов уголовного дела, разрешил не сообщать суду, что именно доказывают зачитываемые обвинением заголовки документов;

– не рассматривал доводы подсудимых и не давал подсудимым оглашать заявления и ходатайства, а ходатайства, поданные через канцелярию, «рассматривал» без оглашения указанных в них оснований и доводов, и «пакетом» – сразу по несколько заявлений и ходатайств;

– не только не рассмотрел доводы адвокатов в прениях, но в приговоре вообще нет упоминания о том, какие доводы представили суду адвокаты;

– отказался допрашивать свидетелей и специалистов, явившихся в суд, а протокол сфальсифицировал дописками о том, что он свидетелей, якобы, вызывал на каждом заседании, чего на самом деле Криворучко не делал;

– Криворучко в приговоре лжёт о показаниях свидетелей – свидетеле не показывали то, что он им вменяет;

– перед прениями отказался знакомить обвиняемых с занесёнными в протокол показаниями свидетелей и решениями суда, тем самым лишив сторону защиты права полноценного участия в прениях.

– лишил подсудимых квалифицированной юридической помощи, отказавшись выносить частное постановление в связи с возбуждением уголовного дела за финансирование адвокатов, что привело к отказу части оставшихся без гонораров адвокатов от защиты подсудимых в суде;

– отказал подсудимым Барабашу и Парфёнову в приглашении общественных защитников;

– добился того, что в конце процесса защиту четверых подсудимых осуществляли всего два адвоката, что явилось безусловным нарушением права подсудимых пользоваться помощью защитника.

Судья Криворучко в приговоре утверждает, что он не виноват в совершении преступления, предусмотренного статьёй 141 УК РФ:

Суд отвергает как необоснованные доводы подсудимых о нарушении их конституционных прав на участие в референдуме, поскольку доводы подсудимых о проводимых ими мероприятиях, связанных с подготовкой и проведением референдума, как установлено судом и подтверждается совокупностью исследованных доказательств, являются голословными, поскольку, во-первых, сам референдум в установленном законом порядке назначен не был.

Судье Криворучко нужно не на закон уповать, а на паханов, поскольку если он такое заявит следователю по своему делу, не состоящему в его преступном сообществе, то следователь его спросит, а какое имеет значение, назначен референдум или нет? Потребует, чтобы Криворучко не изворачивался и не ставил телегу впереди лошади – сначала референдум готовится и только после подготовки назначается, а не наоборот. Статья 141 УК РФ вводит наказание не за то, что полицейский не пускает кого-то на избирательный участок голосовать. Она вводит наказание за нарушение конституционного ПРАВА на участие референдуме! Не за воспрепятствование участию, а за воспрепятствование ПРАВУ! В статье 141 УК РФ так и записано: «права на участие в референдуме»!

А что именно это право включает в себя, разъясняется в части 2.11 статьи 4 закона от 28 июня 2004 г. № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации»:

право на участие в референдуме – конституционное право граждан Российской Федерации голосовать на референдуме, участвовать в выдвижении инициативы проведения референдума, а также в иных законных действиях по подготовке и проведению референдума.

Мы выдвинули инициативу референдума, мы заняты подготовкой к его проведению, следовательно, мы находимся под защитой статьи 141 УК РФ, и все, кто попирает наши права на участие в референдуме, являются фашиствующими уголовными преступниками, даже если они сегодня считаются судьями, прокурорами или следователями.

Ю.И. МУХИН

Источник: ymuhin.ru

Комментарии

Отправить новый комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Пожалуйста, введите числа и буквы (с учетом регистра), изображенные на картинке
Картинка
Введите символы, которые показаны на картинке.